Анна всегда обожала старину. Её квартира напоминала маленький музей: фарфоровые статуэтки, настенные часы, выцветшие гравюры и антикварные книги. Она верила, что в старых вещах есть особая энергия, память о людях, которые когда-то ими пользовались. Именно поэтому, когда на блошином рынке её взгляд упал на массивное зеркало в потемневшей позолоченной раме, она почувствовала, что оно «зовёт» её.
Продавец, седой мужчина с прищуренными глазами, будто специально ждал её.
— Берите, — сказал он хриплым голосом. — Но знайте: это зеркало показывает больше, чем нужно.
Анна улыбнулась, решив, что это уловка, чтобы продать вещь подороже.
Зеркало было тяжёлым. Дома Анна протёрла его влажной тряпкой, и стекло засияло так ярко, что комната словно наполнилась новым светом. Она поправила волосы перед ним и вдруг заметила странность: отражение чуть замешкалось. На долю секунды её глаза в зеркале не двинулись синхронно с её собственными. Она списала это на усталость и не придала значения.
На следующий день она снова подошла к зеркалу — и замерла. В отражении возле её глаз появились морщины. Настоящее её лицо в зеркале ванной оставалось гладким, но именно в антикварном зеркале она видела себя старше.
С каждым днём изменения становились всё заметнее. На лбу появлялись складки, скулы оседали, волосы начали сединить. Анна нервно трогала своё лицо, но кожа оставалась молодой. Только отражение продолжало стареть.
Через неделю зеркало показало ещё большее безумие: у отражения изменились глаза. Они стали тёмными, чужими, будто в них смотрела не она, а кто-то другой. Когда Анна отшатнулась от ужаса, отражение внезапно… улыбнулось. Хотя она сама стояла неподвижно.
Ночью её разбудил странный звук. Казалось, кто-то шепчет в комнате. Она вскочила и увидела: покрывало, которым она накрыла зеркало, упало на пол. Внутри стекла дрожали неясные силуэты. Голоса звали её по имени, обещали «показать правду».
Она не выдержала и подошла ближе. На этот раз зеркало показало не комнату, а картину из будущего. Она стояла в том же доме, только стены были облупившимися, полы покрыты трещинами. Анна в отражении была старой, сгорбленной, абсолютно одинокой. И только зеркало стояло рядом, как единственный спутник её будущей жизни.
С того дня Анна начала замечать, что её собственные привычки меняются. Она всё чаще сидела у зеркала, словно не могла оторваться. Иногда она находила себя разговаривающей с отражением. Голос внутри говорил, что он знает её судьбу лучше, чем она сама.
Однажды вечером зеркало показало страшное: отражение протянуло к ней руку. Рука старухи, костлявая и морщинистая, вышла прямо из стекла на несколько секунд. Анна закричала и сбежала из комнаты. Но когда утром она вернулась, зеркало снова висело спокойно, как будто ничего не произошло.
Самое жуткое случилось через месяц. Анна заметила, что её собственное лицо в реальности начало меняться: в уголках глаз появились первые морщинки, а волосы будто потускнели. Она чувствовала себя выжатой, уставшей, как после долгой болезни. Зеркало забирало её молодость и отдавало её другому образу — тому, что жило по ту сторону.
Теперь Анна боится даже прикоснуться к зеркалу. Но куда бы она ни пошла, ей кажется, что в витринах магазинов и стеклянных дверях она видит не своё отражение, а чужое лицо. С морщинами и чужими глазами.
Зеркало всё ещё стоит в её спальне. Иногда она слышит, как кто-то стучит изнутри. И самое страшное — Анна не уверена, что однажды не поменяется местами с тем, кто живёт по ту сторону стекла.
